Вкусные имена: Фанни Фармер ( 23 марта 1857, Бостон, США — 15 января 1915)

 

Фанни Фармер ( 23 марта 1857, Бостон, США — 15 января 1915) — американская писательница, преподаватель и кулинарный эксперт. Ввела стандартные меры в кулинарии. Ей принадлежит классическая «Поваренная книга Бостонской кулинарной школы»

Фанни Мерритт Фармер родилась в Бостоне в этот день 1857 года, что, возможно, не скажет многого тем из вас, кто не является поклонником кулинарных книг. Однако, если вы любите готовить и выпекать, у вас есть причина быть благодарными, поскольку она привнесла новый уровень науки в кулинарию и написание рецептов, что привело к тому, что ее называли «матерью измерений уровня». Если вы начинающий писатель кулинарных книг, она может стать вашим гуру — ее кулинарная книга Boston Cooking-School (1896) все еще переиздавалась сто лет спустя.

Фанни была настроена на высшее образование, ее семья была прогрессивной для того времени и верила в образование для девочек. Затем, в подростковом возрасте, она заболела какой-то болезнью — возможно, полиомиелитом — и несколько лет была инвалидом и всю жизнь ходила хромая. В те дни было мало профессий, доступных женщинам, которым нужно было зарабатывать себе на жизнь, и Фанни в возрасте около тридцати лет поступила в Бостонскую кулинарную школу, намереваясь стать преподавателем кулинарии. Она преуспела больше и осталась помощником директора в 1891 году. Позже она ушла и открыла свою собственную школу, и так или иначе преподавала кулинарию и диетологию до нескольких дней до своей смерти в возрасте 56 лет.

Фанни чувствовала, что ее наследием станет ее преподавание и написание статей о питании и диетологии, в которых ее собственные проблемы со здоровьем представляли особый интерес, но я уверена, что она не будет возражать, если я выбрала пару классических рецептов тортов на сегодня — какой день рождения без торта? Они из ее книги « Новая книга кулинарии: восемьсот шестьдесят рецептов, охватывающих весь спектр кулинарии ...», опубликованной в 1912 году.
A new book of cookery : eight hundred and sixty recipes, covering the whole range of cookery archive.org/details/bo...

Фунтовый торт бабушки (Grandmother's Pound Cake )
1 стакан масла, 1 2/3 стакана сахара, 5 яиц, 2 стакана муки
Взбейте масло до кремообразного состояния вручную и постепенно добавляйте сахар, постоянно взбивая; затем добавьте яйца по одному, энергично взбивая между добавлением каждого. Когда смесь станет кремообразной консистенции, вмешайте муку и выложите в смазанную маслом и посыпанную мукой форму для кекса. Выпекайте один час в духовке на медленном огне.

Shadow Potatoes (Saratoga Chips)

Вымойте и очистите картофель. Тонко нарежьте (с помощью овощерезки) в миску с холодной водой. Оставьте на два часа, дважды меняя воду. Слейте воду, опустите в чайник с кипящей водой и кипятите одну минуту. Снова слейте воду и залейте холодной водой. Выньте из воды и обсушите между полотенцами. Обжарьте во фритюре до светло-коричневого цвета, постоянно помешивая шумовкой. Слейте воду на коричневой бумаге и посыпьте солью.

Цитата дня …
Прогресс цивилизации сопровождался прогрессом в кулинарии. Фанни Фармер.

Кулинария — это искусство приготовления пищи для питания тела. Доисторический человек, возможно, питался сырой пищей, но сегодня нет ни одной дикой расы, которая не занималась бы кулинарией каким-либо образом, пусть даже и грубым. Прогресс цивилизации сопровождался прогрессом в кулинарии. Фанни Фармер.

The Boston Cooking-School Cook Book (1896) Фанни Фармер — это общая справочная кулинарная книга 19-го века , которая до сих пор доступна как в переизданном, так и в обновленном виде. Она была особенно примечательна более строгим подходом к написанию рецептов, чем было принято до того момента.

В предисловии Фармер утверждает:
Я хочу, чтобы эту книгу не просто рассматривали как сборник проверенных и испытанных рецептов, но и чтобы она пробудила интерес благодаря сжатым научным знаниям, которые приведут к более глубоким размышлениям и более широкому изучению того, что следует есть.

Сборник Фармера 1896 года стал самой продаваемой кулинарной книгой той эпохи.

Вкусное Средневековье: «Христианская топография»

 

«Христианская топография» — приписываемое византийскому купцу Косме Индикоплову произведение, написанное в VI веке и представляющее одно из первых известных христианских описаний мира.

Одним из первых людей с Запада, посетивших Восток, был купец и путешественник VI века Косьма Индикоплевст из Александрии, посетивший Индию и Цейлон. Позже он стал монахом и примерно в 548 году написал книгу под названием "Топография христианства", в которой описал важность торговли пряностями на Цейлоне, известном торговом центре шелка, гвоздики, сладкого алоэ и многих других ценных товаров, импортируемых из других стран.

Он также останавливался в Малабаре в Индии и в своей книге подробно описал, как собирают перец в горной местности, включая способ сушки и подготовки к продаже этой острой специи.

«Indicopleustes» означает «индийский мореплаватель», от πλέω «(я) плыву».

Хотя из классической литературы , особенно из Periplus Maris Erythraei , известно, что торговля между Римской империей и Индией существовала с первого века до нашей эры, отчет Космы является одним из немногих от людей, которые действительно совершили это путешествие. Он описал и зарисовал часть того, что он видел, в своей «Топографии» . Некоторые из них были скопированы в существующие рукописи, самая старая из которых датируется IX веком.

Первоначально он состоял из пяти книг, написанных Космой Индикопловстом , и был расширен до десяти, а затем до двенадцати книг около 550 года нашей эры. kp.rusneb.ru/item/mater...

Главной особенностью его христианской топографии является его мировоззрение, что поверхность океана и земли плоская (то есть невыпуклая и несферическая, как это воспринимается человеческими чувствами), и что небеса образуют форму коробки с изогнутой крышкой. Он презирал Птолемея и других, которые считали, что поверхность мира, вопреки человеческому восприятию, имеет сферическую форму.

Косма стремился доказать, что дохристианские географы ошибались, утверждая, что поверхность земли и поверхность океана имеет выпуклую и сферическую форму, и что она на самом деле была смоделирована по образцу скинии , дома поклонения, описанного Моисею Богом во время Исхода евреев из Египта. В центре плоскости находится обитаемая земля, окруженная океаном, за которым находится рай Адама . Солнце вращается вокруг конической горы на севере: вокруг вершины летом, вокруг основания зимой, что объясняет разницу в продолжительности дня.

Эдвард Гиббон , например, сказал, что «бессмыслица монаха, тем не менее, была смешана с практическими знаниями путешественника» и использовал это при написании «Истории упадка и разрушения Римской империи»

КНИГА XI. Описание индейских животных и острова Тапробана. Пипери —— перец.

Это изображение дерева, производящего перец. Каждый отдельный стебель, будучи очень слабым и вялым, обвивается, подобно тонким усикам виноградной лозы, вокруг какого-то высокого дерева, которое не приносит плодов. И каждая гроздь плодов защищена двойным листом. Он темно-зеленого цвета, как у руты.

Аргелия —— Нарикела на санскрите —— Кокосовые орехи.

Другое дерево [представлено] носит то, что называется аргеллией, то есть большими индийскими орехами. Оно ничем не отличается от финиковой пальмы, за исключением того, что оно выше и толще и имеет более крупные листья. Оно носит не более двух или трех цветочных побегов, каждый из которых несет по три ореха. Их вкус сладкий и очень приятный, как у зеленых орехов. Орех сначала полон очень сладкой воды, которую индейцы пьют, используя ее вместо вина. 18 Этот восхитительный напиток называется rhongcosura. Если плод собран спелым и хранится, то вода постепенно затвердевает на скорлупе, в то время как вода, оставшаяся в середине, остается жидкой, пока от нее тоже ничего не останется. Однако если его хранить слишком долго, конкреция на скорлупе становится прогорклой и непригодной для еды.

www.tertullian.org/fathers/#C...

Вкусное Средневековье: Генрих Сузо ( 21 марта 1295 или 1297, Констанц — 25 января 1366, Ульм)

 

Генрих Сузо ( 21 марта 1295 или 1297, Констанц — 25 января 1366, Ульм) — немецкий писатель и поэт, богослов-мистик. Ученик Мейстера Экхарта. Беатифицирован в 1831 году

Происходил из рыцарского рода фон Бергов. Принял фамилию матери. В 13 лет ушёл в доминиканский монастырь Св. Николая в Констанце. С 1323 году учился в Кёльне у Мейстера Экхарта, в 1327 году вернулся в Констанцский монастырь (англ. Dominicans Island), где провёл 20 лет. В 1330 и 1336 годах был обвинён в ереси и привлечён к суду, но признан невиновным. С 1346 года жил в Ульме, где и умер (могила не сохранилась).

Почти все сочинения Сузо написаны на старых диалектах немецкого языка. Парадоксальным образом единственный труд, написанный на латыни — «Часослов мудрости» («Horologium sapientiae», 1339) — был наиболее популярным из наследия писателя в позднесредневековой Европе. В течение, по крайней мере, двух столетий «Часослов» копировали, иллюстрируя копии замечательными художественными миниатюрами.

Horologium Sapientiae — книга, написанная немецким доминиканцем Генрихом Сузо между 1328 и 1330 годами. Книга принадлежит традиции рейнской мистики и немецкого мистицизма. Ее быстро перевели на ряд европейских языков, и наряду с «Размышлениями о жизни Христа» Псевдо Бонавентуры и «Великой жизнью Иисуса Христа » Людольфа Саксонского он стал одним из трех самых популярных религиозных текстов у европейцев 14 и 15 вв.
Книга была переведена на среднеанглийский язык под названием «Семь пунктов истинной любви и вечной мудрости» ; Современный английский перевод передает латинское название «Часы Мудрости» как «Часы Мудрости на часах»
gallica.bnf.fr/ark:/12148...

В главе 9 Сузо описывает воображаемый разговор с Богом, в котором он замечает, что неудивительно, что у Бога так мало друзей, когда религиозные люди сталкиваются со столькими трудностями. Этот комментарий, возможно, повлиял на традиции, согласно которым Тереза ​​Авильская пошутила : «Неудивительно, что у тебя так мало друзей, Господи, если ты так плохо с ними обращаешься » .

Le repas monastique

По монастырским понятиям главным блюдом называется порция яиц (5-6 штук), вареный сыр, рыба, лук и прочее, предназначенное для одного монаха и подаваемое на одной тарелке. Паек (французское слово pitance, от латинского "pietas", "милосердие", "благочестие", поскольку эту еду зачастую предоставляли монахам светские ревнители благочестия) представлял собой дополнительную порцию, предназначавшуюся для двоих. Например, фу (около 453,5 г) сыра, если это сырой сыр, или полфунта вареного и от 4 до 30 яиц. Паек не благословляется аббатом, как всякая прочая пища.

Монах, раздающий главные блюда и пайки, называется "питансье" или "апокризиарий". Микстум (mixtum), вкушаемый после утрени или вечери, состоит из хлеба и вина (или пива): четверть или фунт хлеба, пинта вина. Микстум предназначается для чтеца, работников на кухне, детей, больных, стариков, а также монахов, которые перенесли кровопускание.

Словом "жюстис" (justice, что по-французски означает "справедливость") называется сосуд, которым отмеряли вино для каждого. "Жюстис" аббата ежедневно мыл дежурный монах. Легкая закуска (collation), краюха хлеба и стакан вина, предназначается для монахов по вечерам в дни поста после чтения "Аналoгий" ("Collationes") Кассиана (по Уставу св. Бенедикта, XLII).

Трудно определить смысл слова "pulmentium". Чаще всего это каша, перловка или овсянка, если не из бобовых. Вероятно, вкусная. Чудесный итальянский томик из коллекции "Минибокка", озаглавленный "Dom Minestra", содержит несколько рецептов монастырских minestre, первых блюд на основе бобов, чечевицы или земляной груши, капусты, спаржи или цикория, листовой свеклы или шпината, базилика и кервеля: суп по-бенедиктински, монастырский суп, монастырская чечевица, перловый суп по-францискански, бобовый суп братьев-рагузенов и многое другое.

Меню монахов
С течением веков в разных орденах и разных регионах меню претерпевает сильные изменения. Нужно также иметь в виду, что братия могла делать в этой области лишь свои первые шаги. Пионеры кулинарии довольствовались малым, своего рода поварской начальной подготовкой, осваивая достижения предшественников, и останавливались на этом. Кроме того, в разных монастырях меню зависит от праздников и времен года. Но, несмотря на такое разнообразие, любой монастырский режим питания задуман как система отказа, поста и воздержания. Всем известны "опыт и испытания отказом" (Р. Рюиер), без которых в жизни не бывает великих свершений.
Этот "опыт отказа" различен и многообразен. Он может выражаться в скудости рациона, состоящего из сухого хлеба и воды три раза в неделю, из простой и однообразной пищи, в полном отказе от жирной и мясной пищи, от завтрака, нарушающего пост, в том, что обедают в три-четыре часа во второй половине дня, тогда как монахи поднимаются в полночь, или же это единственная трапеза за целый день. Уместно отметить, что первые признаки послаблений всегда проявляются в режиме питания.

У истоков гастрономии
И все же монастырская кухня невольно оказалась колыбелью гастрономии. "К концу эпохи Меровингов монастыри, эти хранители гастрономических традиций (на самом деле, следовало бы сказать: того, что оставалось от галло-римской цивилизации), распространяются по всей Франции (и в других местах) и способствуют развитию кулинарии", - написано в гастрономическом словаре.

Факт этот менее удивителен, чем кажется таковым. Монахи были людьми, любившими хороший стол, а иначе как объяснить грозные запреты уставов и сборников обычаев (и также их нарушения)? С другой стороны, вынужденные соблюдать строгую диету, есть однообразную пищу и вместе с тем из желания отметить праздники особыми кушаньями, монахи совершенно естественно совершенствовали кулинарное искусство, изобретая блюда из тех немногих продуктов, какие были им разрешены (как поступали и мы во время войны); или же позволяли себе какое-нибудь лакомство по случаю Пасхи, Рождества, праздника святого основателя монастыря, по случаю дня рождения отца-настоятеля.

В период нормандского завоевания Англии (1066) один из приоров Вестминстерского аббатства убедил братию отказаться от мяса и довольствоваться рыбой; однако хронист отмечает, что сей благочестивый порыв поддерживался исключительно изысканностью рыбных блюд. Одно из таких яств из мелко нарубленной сельди и хлебного мякиша носило название "Karpie", в котором слышится английское слово pie, обозначающее "пирог".

Подобного рода сообщения не оставляют ни малейшего повода усомниться в утонченности монастырской "гастрономии". Тем более, когда в сборнике обычаев встречаешь рекомендацию, что пиво следует подавать не слишком теплым летом и не слишком холодным зимой, а соль в солонке надо сменить, если она отсырела. Подобная скрупулезность - верный признак хорошей кухни.

Другое подтверждение этого факта можно заметить в отношении к приготовлению бобов. Сами по себе бобы были столь заурядной едой, что приготовленное из них блюдо никак не могло претендовать на какие-либо изыски. Вместе с хлебом и вином они составляли основную пищу в Средние века и все же оставались предметом неустанных забот. Бобы имели право на особое благословение наряду с виноградом, суслом, новым хлебом. Эта повседневная пища пользовалась неустанным вниманием со стороны повара.
Вот средневековый текст, переведенный Ги де Валу, в котором показывается, насколько подробными были рекомендации по поводу того, как сделать это блюдо максимально "деликатным": "После того как монахи-повара вымыли руки и лицо и прочли три предписанные молитвы, они моют бобы в трех водах и затем ставят их вариться на огонь в котле с водой. Когда вода закипит и появится пена, ее надо снять шумовкой и удалить бобы, всплывшие вместе с пеной на поверхность, равно как и те, что прилипли ко дну котла, ибо не следует есть подгоревшие бобы".

Когда оболочки бобов начинают раскрываться, их снимают с огня и остужают, вновь прополаскивая в трех водах. Потом их перекладывают в другую посудину с плотно закрывающейся крышкой. Бобы приправляют свиным салом и некоторое время варят еще, а затем добавляют туда другие овощи, которые тоже тщательно вымыты и отварены в кипящей воде, тогда как "холодная вода не достаточна для их употребления в пищу" . Сало нужно добавлять не в процессе варки овощей, а в самом конце. Одному из поваров надлежало удостовериться в том, что бобы достаточно соленые, и в этих целях ему предписывалось их попробовать.

Сборники обычаев Клюни уточняют, что бобы не следует солить, прежде чем они окончательно не сварятся, ибо в противном случае соль испарится. Замечания подобного рода содержит каждый сборник. Я случайно обнаружил, что тамплиеры имели обыкновение выжимать несколько капель лимонного сока не только в рыбные блюда, но также и в мясные (что еще и поныне практикуется в Италии). Вполне закономерно, что "шпинат по-целестински", названный так по имени этого монашеского ордена, известного своей строгостью, означает, по мнению Литтре, "блюдо, которое разогревали в течение нескольких последующих дней, и поэтому оно приобретало особый вкус".

Неудивительно, что один монах из строгой и ученой конгрегации бенедиктинцев Сен-Мор написал "Трактат о монашеской кухне", но, разумеется, не ради удовлетворения собственного тщеславия, а, по его словам, "дабы собрать некоторые рецепты из собственного опыта ради совершенствования повседневного питания братии и сделать это питание более вкусным". Ту же изысканность можно встретить в подборе вин. С давних времен у монахов использовалась дегустационная чаша, и они со знанием дела, обсуждали достоинства каждого из сортов вин:
Здесь - лозы Анжуйской дитя, здесь - лозы с берегов Рейна,
Вот - кубок стеклянный, вот другой - из ценного дерева.

В словах св. Бернара слышится скрытое недовольство по этому поводу: "Три или четыре раза в течение одного и того же обеда приносят наполовину наполненный кубок. Скорее под хмельком, нежели пьяные (от дегустационной чаши!), не столько пьяные, сколько подвыпившие (было бы немилосердно обвинять их), обладая тонким вкусом и принимая решения, они избирают наконец лучшее вино из многих других".
В отдельных аббатствах центральный фонтан имел особый резервуар, в котором охлаждались бутыли с вином. Везде и всюду заботились об использовании излишков, будь то мука, мед, виноград, яблоки или молоко. Поэтому монахи вынуждены были изобретать и совершенствовать методы консервации вин, печенья, пряников, сыра, сидра и меда.
Профессор Ж. Клодьян пишет, что "с начала Средних веков почти весь прогресс в различных областях пищевой экономики и технологии обеспечивался настойчивыми и методичными усилиями монастырских учреждений" . Не следует ли сказать, что это происходило к великому соблазну ригористов во главе со св. Бернаром Клервоским или тех, кому были не по вкусу уроки морали, преподаваемые монахами?

Впрочем, если верить некоторым свидетельствам (например, тому, что рассказывает Гийо де Провен), то и в Клюни не все было прекрасно: похоже, там могли подавать тухлые яйца, не лущеные бобы и настолько разбавленное вино, что от него становилось тошно! И в заключение надо сказать, что в этом аббатстве "пили слишком много воды".

Таков в общих чертах режим питания клюнийского ордена. Несколько рецептов из жизни других орденов продемонстрируют неистощимость человеческой изобретательности в деле приготовления пищи.
Меню камальдолийцев, после смягчения их уставных требований, состояло из "менестры" на основе яиц и сыра (отсюда итальянская "минестра"); кроме того, из пайков по 35 яиц максимум и из рыбы - около 300 г свежей рыбы или же 125 соленой.

Очень строгий режим монахов из аббатства Бек давал право на общий паек в день избрания аббата или приора. Сильвестринцы терпели в своем рационе наличие яиц и молочных продуктов, за исключением пятниц и дней поста, установленных Церковью, а также во время путешествий. Бенедиктинцы имели одно дозволенное исключение, нарушающее установленный режим "ради поддержания здоровья или в случае длительных путешествий".

ОМЛЕТ «СЕЛЕСТИНА» (О. ЭСКОФЬЕ)

Рецепт из книги О. Эскофье. «Кулинарный путеводитель. Рецепты от короля французской кухни»
Как же много всего можно приготовить только из яиц....

Копирую слова автора.
Приготовить омлет из 2 яиц, смазать кремом, мармеладом или конфитюром. Приготовить омлет размером больше, смазать одним из вышеуказанных ингредиентов, но отличающимся от того, которым смазан первый омлет. Положить маленький омлет на большой, свернуть рулетом. Посыпать сахарным песком, запечь в духовке.

Вкусная музыка: Алекса́ндр Никола́евич Верти́нский (20 марта 1889, Киев, Российская империя )

 

Алекса́ндр Никола́евич Верти́нский (20 марта 1889, Киев, Российская империя — 21 мая 1957, Ленинград, СССР) — русский и советский эстрадный артист

Отец Вертинского, частный поверенный Николай Петрович Вертинский (1845—1894), происходил из семьи железнодорожного служащего; помимо юридической практики, он занимался также журналистикой — публиковал в газете «Киевское слово» фельетоны под псевдонимом Граф Нивер. Мать, Евгения Степановна Сколацкая, родилась в дворянской семье. Николай Петрович не смог жениться на ней, поскольку его первая жена не давала развода, и «усыновил» собственных детей несколько лет спустя.

"Мать моя — самая нежная и кроткая из всех четырёх сестёр и самая юная — пролила много слёз, расплачиваясь за свою первую и последнюю любовь. Она была изгнана из семьи, родители не признавали ни её, ни её незаконного мужа".
— А. Вертинский, «Дорогой длинною»

Когда мальчику было три года, умерла мать, а спустя два года скончался от скоротечной чахотки отец. После смерти родителей Александр и его старшая сестра Надежда оказались в разных семьях у родственников матери, причём брата уверяли в том, что сестра мертва, то же самое сказали и девочке о брате. Позже Александр и Надежда совершенно случайно встретились и очень сблизились.

В девятилетнем возрасте Александр Вертинский на отлично сдал экзамен в Первую киевскую гимназию, но через два года был исключён за неуспеваемость и дурное поведение. Тётка, у которой мальчик жил, наказывала его за плохие отметки, на что он отвечал чтением книжек не из школьной программы, подворовывал, а также подделывал отметки. В конце концов он был исключён, а потом его выгнали из дома.

Незабываемую славу у всей ленинградской богемы 1950-70х оставила «Крыша» - ресторан в гостинице «Европейская». Одним из ее завсегдатаев был молодой Александр Галич – богатый и успешный. И вот Галич сидит завтракает, и видит – идет Вертинский. Он просто обалдел и подозвал знакомого официанта: «Быстро, быстро, давай накрой у меня за столом еще один прибор». Потом Галич встал, подошел к Вертинскому, представился.

А надо сказать, что после долгих скитаний за рубежом Вертинский вернулся на родину в 1943 году. Впрочем, из ста с лишним песен из его репертуара к исполнению в СССР было допущено не более тридцати, на каждом концерте присутствовал цензор.
Концерты в Москве и Ленинграде были редкостью, на радио Вертинского не приглашали, пластинок почти не издавали, не было рецензий в газетах. Несмотря на огромную популярность певца, официальная советская пресса к его творчеству относилась со сдержанной враждебностью.

В последние годы он вполне отвечал советским властям взаимностью: - Я перебрал сегодня в уме всех своих знакомых и «друзей» и понял, что никаких друзей у меня здесь нет! Каждый ходит со своей авоськой и хватает в неё всё, что ему нужно, плюя на остальных. И вся психология у него «авосечная», а ты — хоть сдохни — ему наплевать! Ты посмотри эту историю со Сталиным. Всё фальшиво, подло, неверно. На съезде Хрущёв сказал: «Почтим вставанием память 17 миллионов человек, замученных в лагерях». Ничего себе?! Кто, когда и чем заплатит за «ошибки» всей этой сволочи?! И доколе будут измываться над нашей Родиной? Доколе? – писал Вертинский в 1956 году.

Так что для Галича тогда он был вполне культовой фигурой, вызывающей искреннее уважение:
– Для меня большое счастье, если вы сядете за мой стол, - поклонившись, сказал он Вертинскому.
– Ну, что ж, с удовольствием, - ответил певец.

И стол расцвел! Было утро – где-то полдвенадцатого. Но по мановению руки там появилась рыба горячего копчения, ростбиф, икра. Вертинский посмотрел на все это изобилие и подозвал официанта: «Любезный, будьте добры, бутерброд с сыром и стаканчик чайку». Галич ему подвигает угощения. – «Спасибо, спасибо», – отвечает тот.

Съел бутерброд с сыром, выпил чай. Кивнул официанту, расплатился и потом так небрежно ногтем пять копеек чаевых отодвинул. Поблагодарил молодого человека и ушел.

Онемевший Галич не сразу услышал вопрос официанта
- А кто это, Александр Аркадьевич, был-то?
- Да, это же Александр Вертинский!
- Не знаю такого, но сразу видно – барин!